Информационно-поисковая система

содержит описания и электронные образы документов, включенных в государственный реестр уникальных документов Архивного фонда Вологодской области. Уникальный документ не имеет себе подобных по содержащейся в нем информации и/или внешним признакам.

Письмо В.М. Скрябина (Молотова) и А.Я. Аросева Н.В. Мальцеву

Регистрационный номер: 299

Дата включения документа в Региональный реестр 29.06.2018

Описание документа

Название: Письмо В.М. Скрябина (Молотова) и А.Я. Аросева Н.В. Мальцеву

Опубликован: Документ был опубликован внуком В.М. Молотова – В.А. Никоновым в книге «Молотов». Одна из глав книги, посвященная пребыванию Молотова в ссылке, включая и письмо, была опубликована в газете «Русский Север – Пятница» в феврале-марте 2004 г.

Вид документа: Письмо

Автор документа: В.М. Скрябин (Молотов) и А.Я. Аросев

Дата (время создания) документа: [01] августа 1909 г. – 02 августа 1909 г.

Век: 20

Язык документа Русский

Аннотация: Письмо Скрябина Вячеслава Михайловича и Аросева Александра Яковлевича участнику революционного движения, члену Российской социал-демократической рабочей партии (РСДРП) Мальцеву Николаю Владимировичу о прибытии к месту ссылки в г. Тотьму Вологодской губернии. Документ представляет собой письмо, состоящее из двух частей, написанных В.М. Скрябиным и А.Я. Аросевым последовательно друг за другом, и завершенное дополнительной припиской В.М. Скрябина. Подлинник

Историческая справка: Скрябин (Молотов) Вячеслав Михайлович (настоящая фамилия – Скрябин) (24.02.1890 – 08.11.1986) – участник революционного движения, советский политический и государственный деятель. Председатель Совета народных комиссаров СССР в 1930 - 1941 гг., министр иностранных дел СССР в 1939 - 1949, 1953 - 1956 годах. Один из высших руководителей ВКП(б) - КПСС с 1921 по 1957 гг., Герой Социалистического Труда. Член РСДРП с 1906 года. За участие в деятельности нелегальной социал-демократической организации был выслан в Вологодскую губернию. Отбывал ссылку с июля по октябрь 1909 г. в г. Тотьме, затем до марта 1910 г. – в г. Сольвычегодске. В 1911 г. участвовал в работе социал-демократической организации в г. Вологде. Партийный псевдоним «Молотов» В.М. Скрябин начал использовать в 1915 г. Аросев Александр Яковлевич (1890 – 1938) – участник революционного движения, советский политический и государственный деятель, дипломат, писатель. Друг и корреспондент В.М. Скрябина (Молотова). В 1907 г. вступил в Казанскую организацию РСДРП. В 1909 г. вместе с В.М. Скрябиным был выслан в г. Тотьму, но вскоре бежал за границу. После революции 1917 г. состоял в Московском военно-революционном комитете. В 1920 г. возглавлял Верховный революционный трибунал Украинской ССР при ВУЦИК Совета Народных комиссаров УССР. С 1927 г. состоял на дипломатической службе. В 1937 г. А.Я. Аросев был арестован, в 1938 г. – расстрелян. Мальцев Николай Владимирович (1891 – 1941) – участник революционного движения, советский политический и государственный деятель. В 1927 – 1934 гг. являлся членом Центральной Контрольной Комиссии ВКП (б). В 1927 г. старший инспектор Народного комиссариата Рабоче-крестьянской инспекции СССР, с 1930 г. по февраль 1934 г. член партколлегии ЦКК ВКП (б). В феврале 1934 года – заместитель управляющего Центрального архивного управления (ЦАУ) при ЦИК СССР, с декабря 1937 г. по апрель 1939 г. исполняющий обязанности управляющего ЦАУ СССР (с 1938 г. временно исполняющий должность начальника ГАУ НКВД СССР). Член РСДРП с 1908 года. В 1909 – 1911 гг. отбывал ссылку в г. Вельске, затем в г. Вологде. Входил в состав Вологодского комитета РСДРП (б). Документ передан на хранение в Партийный архив Вологодского областного комитета КПСС Ф.П. Куропатниковым (в 1952 – 1953 гг. – директор областной картинной галереи) 18 марта 1957 года

Наличие драгоценных камней и металлов: Нет

Палеографические особенности: Оригинальное письмо написано Скрябиным (Молотовым) Вячеславом Михайловичем и Аросевым Александром Яковлевичем чернилами черного цвета, имеются подписи «Твой Веча», «Твой Саша», «Веча». На л. 6 проставлена дата. Автором документа проставлены номера страниц чернилами черного цвета

Печати: Нет

Художественные особенности оформления: Выделение отдельных строк в письме с помощью двойного и одинарного подчеркивания, имеются чернильные пятна

Собственность: Государственная, субъекта Российской Федерации

Владелец:

Физическое состояние документа

Материальный носитель: Бумага

Размеры: 13,5 см х 21 см

Объём: 6 л. с оборотами

Физическое состояние: Удовлетворительное

Место хранения документа

Место хранения: КАУ ВО "ВОАНПИ"

Адрес места хранения: г. Вологда, ул. Октябрьская, д. 4

Архивный шифр: Ф.3837. Оп.6. Д.18. Л.1, 1об., 2, 2об., 3, 3об., 4, 4об., 5, 5об., 6, 6об.

Содержание документа

Здоровенько Коля!
Как говорится приехали. Последняя инстанция! Хотя перо хозяйское скрипит добропорядочно, но я опишу с некоторыми подробностями нашу поездку и прибытие в г. Тотьму.
На пароходе мы ехали хорошо, т.е. ничего. Без особенных приключений, только догадались, что у меня не своя подушка, а твоя.
Это в торопях пехнули мне в мешок, ну да, чай, встретимся и обменяемся еще, ехали мы около суток, в г. Тотьме были на другой день часов в 5-6 вечера. 3 раза пили чай, заказывая по прибору. Приехали... Сделали так. Саша остается на пристани с вещами, я же иду нанимать комнату. Ну и отправился г. Тотьма, действительно на горе, хотя и не на высокой, близко у реки. Река Сухона, довольно широкая, но до Волги все же далеко. Ну, так, я отправился в поиски за комнатой. Спрашиваю у прохожих, где главная часть города, указывают, там нахожу комнаты меблированные про запас, если не найду сразу комнату. Самая дешевая комната 50 к., да и то прямо безобразная, темная. Ну, конечно, раскланялся, ушел. И вот, давай, путешествовать по городу. Ходил - ходил, т. е., хоть бы что-нибудь. Я и туда и сюда, даже ярлычка ни одного, что сдается де, комната. Время идет, а я ничего еще не нашел, а уже знаю, что на пристани нельзя остаться ночевать: спрашивали - не разрешают. Ну и хожу. Да к тому же, извините, чулки у меня вылезают и с ними горе. Иду этак, а мне на встречу студент этак ломоносовского виду. Я, конечно, виновато так и так. Приезжий, ищу комнату, не можете ли указать. Обменялись словами, оказались оба ссыльными. Он из Харькова выслан, видимо питерский студент, все как водится, математик 3 курса. Прибыл сюда месяца 1 ½ . Вид у него в общем неказистый, но безусловно радикальный. Потасканное, грязноватое пальто или «нечто вроде». Лицо с большим неправильным носом и длинными, чуть не по плечи, волосами. Сперва он несколько удивленно и неохотно разговаривал со мной. Но все же у него оказалась в виду комната, и мы отправились. Когда мы шли вместе, стали понемногу разговариваться. Он все делался разговорчивей и пожалуй до приторности услужлив. Заявляемся во двор предполагаемой квартиры. Оказывается у двери – замок. Обошли кругом дома, там отворив окно, мы переговорили с сыном хозяйки, пожилым мужчиной, с разбитой параличом ногой. Он нам сказал, где найти хозяйку, оказалось недалеко в д. [Мальцевой] (!). Отправились, нашли старушку и потащились все обратно. Пришлось переходить мостом над оврагом. Бабушка идет впереди мы [?] идём сзади. Мост узенький, с жиденькими перильцами, балясником. Ну и что же…! Отгадай что… ! Не отгадаешь!!!
Вдруг на середине моста студент мне быстро говорит: «Со мной бывают иногда припадки, так вы меня поддержите, чтобы я не упал. И тот час же он остановился, я его подхватил сзади. Он начал оседать, я поддерживаю, не даю ему упасть. У него начинают приступы рвоты, он на меня грузно наваливается, я стараюсь его возможно удобнее опереть о перила моста, чтобы не обезсилеть в случае, если у него начнутся судороги. Все это происходит на слабеньком месте и на двухсаженной высоте над оврагом. Он закидывает назад голову. Глаза закатились и неподвижно остановились. Изо рта течет что-то, какая то слизь. Начинается легкая дрожь. Затем он грузно наваливается на меня и согнувшись, неподвижно смотрит вверх. Все это время я поддерживаю.
Затем начинаю спрашивать его: как он себя чувствует и т.д. Он не отвечает. Понемногу я становлю его на ноги, довожу до конца моста. Видя, что он уже может стоять, я на секунду оставляю его, бегу за его тростью, которую я взял у него из руки при начале припадка и оставил на мосту. Принес ему палку. Он все еще блуждает безсмысленно глазами. Недалеко на горе стоит наша бабушка, мы поднимаемся к ней, она от нас кричит, что сроду такого случая не видала, боюсь, веди его домой и пр. Я так и решил отвести его домой и мы отправились. Он уже начинает мне отвечать на все мои вопросы просто: «Не знаю». Я задаю посторонние вопросы, стараюсь его отвлечь. Спрашиваю о доме – не знаю. Потом он начинает вспоминать, что мы делали, куда ходили, спрашивает: «Шлепнулся я?. Я говорю, что нет припадок был слабый и я удержал его, не дав упасть. Затем мы ворочаемся к квартире. Осматриваю комнату – 2 р. 50 коп. в месяц – по рукам. И мы оба отправляемся на пристань. Моего разговорчивого и живого спутника, я не узнаю. Он о чем то думает и не весел. Я все еще стараюсь отвлечь его от только что случившегося. Но он, видимо, занят именно, этим. Между прочим, я узнал, что о припадке он узнал по особому вкусу во рту. Припадки с ним бывают недели через 2. Надо сказать, что я, хотя и боюсь вообще говоря припадков, но в этот раз ничуть не боялся, кроме разве как за то, что мы могли упасть с моста в овраг, да еще предвидя судороги, я чувствовал, что бессилен буду помочь ему. И так, пришли на пристань. Взяли Сашу на буксир. Багаж на плечи и на квартиру. На квартире оказалось маленькое недоразуменье. 2 р. 50 с одного – это. Хотя мы [?] то раньше, т. е. [«делом-то»]. Все же сторговались за 3 р. Честь этих преимуществ принадлежит нашему благодетелю. Комната у нас оказалась небольшая, но и не тесная. Три окна, одно на улицу. Дом у нас одноэтажный с тремя окнами [en face]. Заказали чай, купили хлеба. Студент наш оказывается и тут оказался особенным. Чай он почти не пьет, вегетарианец (ни ест ни мясо ни рыбу) питается молочной пищей больше. Узнали также что уже он сидел 2 года почти в тюрьме. В 1905 г. 9 января ходил вместе с Гапоном. Сидя в Курской тюрьме облил себя керосином, поджег себя и теперь у него еще есть признаки ожогов на спине, груди и руках. Скоро он ушел забрав у нас десяток кнопок и оставив нам бумажку с монпансье. Мы напились чаю [поналакались]. Саша мне поведал, как ему очень хотелось на пристани…, как рисковал он уходя по страшной нужде (?!), оставляя вещи на произвол судьбы и т. д.
Теперь мы устроились хорошо пока. В полиции были, заметь, нам заявили, что деньги нам должны быть выданы с 8 июля (прибытие в г. Вологду) по 1 августа в г. Вологде же, и пока дали по 1 р. каждому вперед. Выдают же полагаемые 8 р. 30 к. в середине месяца. Будем хлопотать об одежных; подадим также губернатору о ранее соответствующих. Ты значит тоже проси в г. Вологде деньги с 8 июля и т. д. Мы уже были в местной земской библиотеке земской. Библиотека бесплатная, если читать внутри. Газеты «Речь», «Русск. вед.», «Русск. Сл.», «Гол. Москвы» и «Нов. время», «Волог. жизнь» и еще что-то на четвертый день. Почти каждый день, кроме понедельника и четверга. Если книги домой брать, то только залог 3 р. без особой платы. Это превосходно, не правда ли? Городок в общем ничего. Садов много, лавок мало. Все я мало пишу тебе о своей комнате. Это уютная , не чета твоей, светлая комнатка с массой хороших образов и картин. У нас гостеприимный четыреугольный, большой с клеенкой, приятный стол. Сегодня канун праздника, у икон лампадки. Есть две кровати. Правда без матрасов пока, так что я на пальто, Саша на пледе и кроме того в моей деревянной кровати неограниченное число клопов. Но в общем хозяйка старушка, кажется, ничего, и кроме того очень опрятна. Все хотя не богато, но хорошо – чисто. Мы оба очень довольны. С удовольствием посадим и тебя к своему превосходному столу. На окне, которое на улицу простые цветы. У каждого есть занавеска. Одним словом опрятно.
Балкона нет, правда, но это ничего. Мы уже сходили в хозяйскую баню, в которую «не часто» летом можно ходить. Зимой не знаю еще как. Нам будут носить крынку молока за 6 к. ежедневно. Вероятно, обед устроим при посредстве хозяйки. Она сама нам будет варить из нашего мяса суп, и иногда кашу. Ну да это еще все выяснится. Пока живу ничего не читаю и не занимаюсь. Вот уж окончательно наладится. Был ли ты у губернатора. Как деньги, прошения, письма. Приезжай Коля сюда; гляди, какое я тебе письмо большое написал. Жаль мне тебя; один ты опять. И кроме того твоя неизвестность положения. Приезжай сюда, к нам. Мы тебя ждем. Заживем хорошо. Пойдем гулять! Побегаем! Камнями покидаемся! Ну как ты занимаешься, читаешь, гуляешь, говоришь с хозяином и пр. и пр. Здесь человек 200 ссыльных; некоторых отправляют в деревни. Это плохо, только нас, думаем, оставят в городе. Здесь есть: женск. прогимназия, духовное учил., ремесленное учил., учительская семинар. И кажется четыре класса реального.
Ну, пиши и еще лучше приезжай!
Твой Веча.
Тотьма 2 августа, 1909 г.

Здорово друг Коля!
Во-первых – очень скверное перо! Вчера вечером Веча тебе писал, сегодня утром я пишу. Так как от тебе описывал уже нашу поездку, наше прибытие и начало нашего жития в маленькой комнатке, то мне остается сказать тебе слова два.
Чувствую я себя несравненно лучше, чем в Вологде, настроение хорошее. Город, по крайней мере, теперь очень нравится: настоящая хорошая здоровая дача на берегу широкой реки, на той стороне которой синеет большой, дремучий хвойный лес. Так как город на горе, то воздух здесь тоже свежий, приятный.
Из бытопримечательностей города мне известна пока только одна: «Русская Опер» (не удивляйся!) Здесь приехала на гастроли труппа оперных артистов («Русская Опера»), которая дает два спектакля: «Демон» и «Фауст», в здешнем гор. театр, который представляет из себя двухэтажный дом с кожанной входной дверью и электрическим звонком.
Теперь о деле. Сходил ли ты, Коля, на почту справится нет ли мне писем и денег до востребования и отдал ли куда следует все те бумаги, которые я тебе оставил. Пиши.
Наш адрес: Дмитриевская ул., д. Мургиной (№ 37), кв. Мургиной, нам. Твой Саша.

Коля! [Передай]
Если у тебя будет какой нибудь знакомый, который может объяснить моей сестре, как ей устроить мою посылку, то ты оставь у Кокшарова записку с адресом такого знакомого, конечно,предупредив его. Это желательно для меня в том случае, если ты уедешь до приезда сестры. Я так именно и писал ей, но забыл тебе во время объяснить. [Так] ваш покорнейше…
Веча.

Изображения

indicator

Вернуться к списку